Авторизация

Отчёт о выезде в Париж

510 views
Опубликовано: 19.11.2017 в 19:46

Летели по маршруту Модлин-Бовэ (17 у.е. +17 евро за трансфер до Парижа), часть выехала заранее, пробив вписку и дичайшую импрезу в Ваве, остальные доехали непосредственно к рейсу.

OVqtsmE6j88

К вечеру, благополучно добравшись до наших “апартаментов” (представлявших собой подвал, переделанный в квартиру) и раздавив банку вискаря, решили выбраться в центр. Кто бы что не говорил про башню, увидеть это стоит своими собственными глазами. Шик и блеск.

Рядом также проходили увеселительные мероприятия, включавшие в себя подрезание магнитов и башенок у местной черной диаспоры. В итоге, поняв, что мы спалились, представитель могилевского Днепра начал очень нервничать и отправил уголька в нокаут, не забыв прихватить здоровенную позолоченную башню. Японские туристы, проходившие мимо, подумали, что это какое-то шоу, вследствие чего, весь экшн сопровождался аплодисментами и одобрительными выкриками.

Утро второго дня началось с дикого угара по поводу ночных приключений. Виновнику вчерашних происшествий единогласным решением было присвоено погоняло «Коллега» (“коллега” – собирательный образ всех русскоязычных туристов в глазах черных торговцев побрякушками, именно этим кличем они стараются привлечь внимание).

После завтрака решили двинуть на стадион, дабы узнать судьбу тикетов на матч. Построив маршрут через Mapsme (ведь настоящие траблмейкеры не пользуются интернетиками) выдвинулись в сторону легендарного Stade de France. До стада добирались пешком, чтобы лицезреть, чем живут окраины Парижа.

По пути, пугая обывателей размашистой походкой и разлетающимися в стороны локтями, решили заглянуть в магазин Декатлон, который специализируется на продаже спорт товаров и спорт инвентаря. Пока одна половина рассматривала ассортимент и цены, вторая не теряла время даром и отрабатывала потраченные на поездку деньги.

Завершив экскурсию по магазину, продолжили пешую прогулку, предварительно захватив по баночке пенного. Стадион, как оказалось, находится в жутких пердях, к тому же обслуживающий персонал упрямо игнорировал попытки объясниться на английском. Осознав, что затеянное мероприятие обречено на провал, мы доверились великой аксиоме «*уй с ним, завтра разберемся».

К этому моменту распогодилось до такой степени, что под влиянием солнышка и благородного напитка стало понятно, что, если мы решим повторить наш пеший маршрут, половина состава падет смертью храбрых, так и не встретив условного врага лицом к лицу.

Было принято решение добираться в родные пенаты на общественном транспорте, с коим вышла небольшая загвоздочка, так как примерно разобравшись со схемами метро, мы абсолютно отказывались врубаться в схемы трамваев и пригородных поездов. Сев в первый попавшийся поезд (или трамвай, организм уже отказывался воспринимать действительность) и проехав несколько станций (остановок), вышли для пересадки на другую линию (как потом выяснилось, региональную) и увидели непривычную картину: черный район, где наши четыре фэйса светились как золото на солнце. Не приукрашиваем, серьезно, мы тусовались на этом пятачке возле вокзала Saint-Denis около получаса, так и не встретив ни одного белого лица.

Складывалось ощущение, что сейчас тебя хлопнут по плечу и спросят «Эй, снежок, что ты тут забыл?». Вокруг шла оживленная торговля: от левых симок и всяческого барахла до жареных каштанов и кукурузы. Под мостом молодые арабы без лишнего палива покуривали траву и махали нам ручкой. Сплошной сюр.

Разобравшись как двигаться дальше, мы столкнулись с проблемой попадания на вокзал. Оказалось, что наши разовые билеты не действуют на региональную сеть пригородных электричек. Тут уже белорусская прижимистость взыграла всеми красками, победив здравый смысл, и мы решили не платить. Бесполезно потыкавшись в турникеты и осознав, что французы имели наглость сделать их слишком высокими, мы пришли к выводу, что выход у нас только один — положиться на визуальные рецепторы.

Посмотрев, как филигранно поступают аборигены (а стоило всего лишь пристроиться в хвост проходящего через турникеты пассажира), мы пережили несколько незабываемых мгновений, дыша в затылок своему черному визави.

Доехав наконец-то до дома и подкрепившись эксклюзивными макаронами и галетами из местной лавки «У Ашрафа», мы поехали любоваться стандартным набором достопримечательностей: Лувр, Конкорд и прочая хрень. Остаток вечера прошел без эксцессов, не считая того, что один из бойцов, обоссав сады Тюильри, ужасно всех зае*ал просьбой сфотографировать его с французскими Service Militaire, патрулирующими каждую достопримечательность.

День выдался насыщенным на впечатления и эмоции, поэтому взяв несколько бутылок бургундского и поверив в собственное бессмертие, мы совершили весьма опрометчивый поступок, решив опять не платить за проезд.

Уже находясь в самом поезде, нам пришлось столкнуться со страшными парижскими контроллерами, которыми нас так пугали. Парижская служба Ticket Service предстала пред нашими очами в виде четырех здоровенных мужиков, заряженных по самое не хочу (перцовые баллоны, дубинки, наручники). Под громогласные заряды о вреде аргументов и похмельную решимость не отступать и не сдаваться, наши ряды все-таки дрогнули и сдались, обратившись в беспорядочное бегство по переходам парижской подземки. С мыслями о том, что завтра будет новый день и новые впечатления, мы в итоге благополучно добрались до нашей квартиры.

Matchday. День, ради которого мы поперлись за 2 тыс. километров, наступил. Проснувшись пораньше, наш отряд разделился на две группы, договорившись встретиться на этом же месте в условленное время: старики посиповали на рынок за камамбером, молодежь же отправилась по уже проторенной тропе обратно в Декатлон.

Сыр был приобретен на ближайшем развале, но, впоследствии, эти 4 головки были утилизированы бравой службой охраны аэропорта ввиду повышенной вонючести (на самом деле, сыр можно было перевозить только в упаковках не более 100 гр, такова политика лоукостов).

Вернувшись на базу, мы обнаружили Б-на, одного из наших воришек, в одиночестве сидящего на лавочке и поплевывающего в сторону растущих здесь же кактусов. На вопрос, где он потерял напарника, был дан невнятный ответ в духе «Бангкок забрал его». Дело швах, господа

Мы с Д-ом уже рисовали в нашем воображении штурм полицейского участка с сотнями жертв среди мирного населения, когда хлопнула входная дверь, ведущая во внутренний дворик, и мы увидели очень злого Б-ка, который незамедлительно потребовал сатисфакции у своего подельника.

Сатисфакция прошла очень бурно, вылившись в пробитую стену и три десятка разъе*ных яиц. После того как берсерки угомонились и залатали раны, пришлось вызванивать нашего хоста, Антуана, с целью дать объяснения по поводу стены. Ничего умнее, кроме «шел, упал, очнулся, стена пробита» придумать не удалось :)

 

8yar0mgVpb8 (1)

Весь этот процесс «борьба-зал» обошелся противоборствующим сторонам в 100 евро. Итогом же налета на Декатлон стало:
— наличие различного стаффа у Б-ка на сумму, эквивалентную 100-150 евро;
— наличие 3 скакалок у Б-на :)
А мораль сей басни такова, что не*уй херней заниматься.
Но все это пыль. Мы же в Париже! После утренних недоразумений мы быстренько отобедали, чем Бог послал (в этот раз Бог послал липкий отварной рис и оставшихся нерожденных цыплят) и снова выдвинулись в центр, на этот раз на остров Cité, дабы посетить небезызвестный Notre-Dame de Paris и приобщиться к прекрасному.

К прекрасному нам приобщиться не очень удалось, так как вход туда был бесплатный, и, несмотря на мистический дух внутри этого монументального сооружения, атмосфера там больше напоминала толкучку на Лебяжем.

Проложив очередной маршрут до Елисейских, мы протопали порядка 7 км, дабы сделать кучу дежурных фоток с обратной стороны башни, сидя на травке. До дома же добирались, садясь на какую-то левую станцию метро, ибо после воскресных физических пояснений наглым черным барыгам, желания светиться возле фронтальной ее части не возникало.

 

34TzXqaw6Bo

Немного отдохнув, собрав весь стафф и пообщавшись с Джони Уокером, мы выдвинулись в сторону стадиона. Нормально разобравшись в карте, всем хитровые*аным маршрутам мы предпочли автобус, который, как оказывается, останавливается прямо возле нашего дома и довезет нас практически до стадиона.

Доехали очень весело, в традициях старой школы, под пивко и без билетов. Выгрузившись из буса, нам пришлось протопать еще порядка 500 метров и встретиться с ОЧЕНЬ нервным полицейским, который на просьбу показать дорогу к стадиону, стал верещать и хвататься за перцовый баллон. Ну, на нет и суда нет.

Дальше началась настоящая эпопея под названием «покупка билетов на футбол». Вокруг стадиона находилось огромное количество волонтеров, к которым мы незамедлительно обратились с вопросом о приобретении билетов. Присутствовало несколько вариаций ответов:

#1. Désolé, je ne parle pas anglais;
#2. Ребят, вам в кассы у сектора H;
#3. Ребят, вам в кассы у сектора N;
#4. Ребят, вам в кассы у сектора D.
Это был сущий пи*дец. До мячика оставалось полчаса, а мы скакали от сектора к сектору. Чтобы вы понимали, расстояние между секторами порядка 200 метров, а, учитывая умопомрачительное скопление народа (игра была решающей для французов), все эти перебежки превращались в настоящую пытку.

Вспотев как свиньи, мы начали психовать и забили *уй на все условности, начав просто перепрыгивать через барьеры. После каждого взятого барьера стюарды что-то кричали нам вслед, наверняка они восхищались той непосредственности, с которой бралось очередное препятствие. Ну а помощь к нам пришла в лице серба, который на ломаном русско-английском объяснил, что нам надо двигаться в совершенно противоположную сторону.

До матча 15 минут, последний марш-бросок, купленные тикеты, очередь, шмон и мы, наконец, поднимаемся на сектор. А поднимались мы на сектор под «Марсельезу», которую исполнял весь стадион

kLg9C2PV-uk

Allons enfants de la Patrie, le jour de gloire est arrivé!
Блин, когда они пели, по телу реально бегали мурашки. Просто бешеная энергетика и не-пе-ре-да-ва-е-ма-я атмосфера.

О самом матче рассказывать нечего, все было и так видно по ящику. До сектора добралось человек 40, причем многие были со своими зазнобами, соответственно шиза была унылая.

Нам было скучно, и в связи с этим мы тут же начали заниматься всякой херней, которая включала в себя скакания по рядам под аккомпанемент фанатских народных «Чужие губы» и «Знаешь ли ты» :)

Через несколько минут прибежал стюард-чеченец и на ломаном русском попросил держать себя в руках, ибо «наш главный сказал, что если эта вакханалия не прекратится, то на сектор запустят жандармерию, которая будет вязать всех без разбора, так что мол, давайте, ребята, без всякой херни и под честное слово».

Честное слово заключалось в возросшем в два раза количестве стюардов, коих к концу матча стало даже больше фанатья. Спасибо и на этом. В перерыве поднялись в подтрибунку, где сквозь боль и слезы заплатили по 10 евро за бокал пива. 10 евро. За пластиковый стакан. 10. Евро. У меня все.

После свистка к сектору подошли лишь три игрока, за что огромнейший им респект. Остальные, видимо, побоялись получить пи*дюлей за бездарный и безвольный слив Люксу. Обратная дорога прошла без каких-либо серьезных угаров, ибо ни сил, ни эмоций уже не осталось, мы лишь пометили спящего уголька, чтобы он не расслаблялся и помнил, где он находится. Париж — дело тонкое :)

Доехав до дома, мы лишь пропустили по бокалу и завалились храпеть. Следующим утром половина наших отчислялась на самолет до Варшавы, а нам с Б-ком предстоял доооолгий день в Париже и ночная дорога в Роттердам.

Последний день в Париже начался со сборов и отчислением на болт половины нашей команды. Проводив пацанов и выписавшись из нашей норы, прыгнули в метро. Мы реально хотели заплатить за проезд, но билетомат оказался сломан. Видно, карма у нас такая.

Доехав до нужной станции, мы не торопясь направились к выходу, словно что-то ощущая и, наша интуиция нас не подвела. Мы, как юные подростки, выглянули в два носа из-за угла, чтобы провести рекогносцировку — и наши взгляды соприкоснулись с «одним из них». На выходе стояла контора. Мы ритмично разворачиваемся на 180 градусов в сторону платформы и позорно ретируемся.

Проехав еще одну станцию, благополучно выходим из метро. Впереди нас будет ждать умопомрачительный подъем на Monmartre. Учитывая, что мы тянули не только наши тела, но и ещё и баулы со спи*женными ништяками, то поднимались мы сквозь слезы :) Что-то из разряда — «колени ободраны, пыль на стопах».

Но наши старания были вознаграждены, нам открылся шикарнейший вид на Париж, а рядом играли уличные музыканты. Нам оставалось лишь наслаждаться жизнью. К сожалению, наш день в Париже подходил к концу, нам постепенно нужно было выдвигаться в сторону автовокзала, который находился на противоположном конце города.

Возле вокзала наткнулись на Ашан, в котором разжились винцом. Чтобы ехать не скучно было. Не скучно нам стало до такой степени, что ко времени погрузки Б-к, без кроссовок, озонирующий воздух своими подкрадулями, с очередной бутылкой вина в руках и куском колбасы, свисающим изо рта, больше напоминал вурдалака, чем представителя фанатья.

Как-то доехали. К 4 утра нас выкинули на роттердамском вокзале. Подзарядив телефоны, пошли пробивать местный мак. Там похмельный Б-к попытался устроить рахову каким-то некстати забредшим марокканцам. В эту свалку вписались сотрудники мака и какой-то иракско-голландский бомж :)

По итогу, стороны разошлись без потерь. К 9 утра мы уже нихера не соображали и валились с ног. Кое-как найдя наш хостел, выяснили, что заселиться можно только после 15-00. Ну, и хер с ним. Кинув шмотье, отправились осматривать окрестности.

Город просто бомбезный. Глупо сравнивать его с Парижем, но, если выбирать город для жизни между этими двумя, то наш выбор однозначно Роттердам. Пройдя пару км, натолкнулись на стадион роттердамской Спарты, куда и вписались после краткого диалога с охраной.

Заселившись в хостел, наконец-то помылись по-человечески. Немного отдохнув, перекусив и познакомившись с француженкой, которая методично пыталась нас накурить, двинули в сторону набережной, где и скоротали вечер под очередную бутылку вина (точнее три :).

Просыпаться нам пришлось в 4-40, так как уже в 5-20 утра мы выдвигались в Эйндховен. Эти ранние подъемы-переезды уже порядком надоели, но нам оставался последний рывок.

Чем нам запомнился Эйндховен? Повсеместным ви-фи в центре города, странными скульптурами и инсталляциями, огромнейшим количеством велосипедов, ВИП-зоной стадиона ПСВ, куда мы попали «на дурака» и нашими хозяевами-гомосексуалистами, у которых мы сняли комнату :)

По сути, Эйндховен — это очень большая деревня. Тихая и спокойная. И неимоверно дорогая. Но самым запоминающимся моментом стал утренний марш-бросок до местного аэропорта. Дело в том, что по выходным автобус до аэропорта начинал ходить в 7-30, а вылет у нас был в 8-10. В итоге нам пришлось подниматься в 4-30 и пилить 7 км со всеми этими сраными пакетами-рюкзаками по пересеченной местности, 2.5 из которых мы скакали по лесу, в кромешной темноте.

Вдобавок, у местных жителей довольно странный вкус по отношению к свету фонарей. Когда ты идешь в 5 утра по пустынной дороге под светом красных фонарей, ощущения неоднозначные. Сумеречная зона какая-то.

Уже на подходе к аэропорту, Гугл чуть не завел нас на ВПП, благо мы вовремя разглядели какие-то устрашающие знаки и колючку.

Долетев до Варшавы, мы благополучно прошлялись там целый день, а вечером уже отчислись на Родину, которая встретила нас каменными лицами таможенников и тотальным досмотром после фразы «едем с футбола».

Не сидите дома!

Поделиться в соц. сетях

0

Оставить комментарий